Методика оценки и прогнозирования военных опасностей и военных угроз

Версия для печати

Оценка и прогнозирование военных опасностей и угроз имеет важнейшее практическое и теоретическое значение. Оно состоит в формировании совокупности исходных данных для обоснования мероприятий по строительству перспективного облика военной организации государства и применению Вооружённых Сил, других войск, воинских формирований и органов для обороны страны и обеспечения государственной и общественной безопасности на плановый период.

В основу предложенной методики положена модель взаимодействия основных факторов, в качестве одного из результатов которых рассматривается военная опасность и угроза. Сущность этой модели, перечень и взаимодействие факторов, формирующих военные опасности и угрозы, а также достигаемую военную безопасность РФ или любого другого субъекта военной политики показаны на рис. 1.

Рис. 1. Принципиальная схема взаимодействия факторов, определяющих военную опасность, военную угрозу и достигаемую степень военной безопасности

Эта модель отражает результаты проделанных исследований по сущности, характеру военных опасностей и угроз и их генезису.

Субъекты военно-политических отношений взаимодействуют между собой, проводя политику, стремясь достичь своих  (национальных) интересов. В процессе этого взаимодействия неизбежно возникают конфликты интересов. Проводя внешнюю политику, каждый из акторов использует различные испытанные временем приёмы, где всегда присутствуют попытки введения своего визави в заблуждение относительно действительной цели, декларируемых намерений, их обоснованности, как с позиций международного права, так и с позиции силы.

Так или иначе, у любого конфликта интересов существует внешняя сторона, отражающая нарастание военно-политической напряжённости за счёт демонстрации политических намерений. Это состояние напряжённости можно отразить таким показателем, как «конфликтный потенциал намерений». Его сущность была хорошо проиллюстрирована в период подготовки и в ходе агрессии Грузии против Южной Осетии, начавшейся с вооруженного нападения на российских миротворцев. Тогда Грузия демонстрировала агрессивные намерения против Южной Осетии и начала эту агрессию, переоценив не только свои собственные силы, но и масштаб поддержки со стороны США, что привело к военному поражению и признанию Россией независимости Южной Осетии и Абхазии.

Силовое обеспечение проводимой субъектом военно-политических отношений политики — лучший способ обоснования его политических намерений. Превосходство в силах, к сожалению или к счастью, — важнейший аргумент в политическом диалоге.

Влияние фактора соотношения военных потенциалов конфликтующих сторон можно отразить с помощью показателя «конфликтный потенциал соотношения сил сторон (ПS)». Взаимодействуя с конфликтным потенциалом намерений, этот потенциал может либо усилить напряжённость реальной военно-политической обстановки, что происходит при превосходстве носителя военной опасности или угрозы в силах, либо снизить её, если превосходство в силах на стороне объекта угрозы. Здесь необходимо подчеркнуть, что в методике исследуется модель взаимодействия факторов, отражающих агрессивность политики субъектов МО, поэтому отношения между военно-политическими союзниками не рассматриваются.

В зависимости от состояния напряжённости военно-политической обстановки в отношениях между сторонами противоречия, которое, повторим, есть результат конфликта интересов, формируется военная опасность или военная угроза. Состояние напряжённости военно-политической напряжённости хорошо отражается в понятии «обобщённый конфликтный потенциал (Пко)», поскольку в нём синтезирован результат взаимодействия таких факторов, как политические намерения и соотношение сил конфликтующих сторон. Для измерения напряжённости военно-политической обстановки разработана шкала критериев (см. табл. 1).

Таблица 1. Состояния военно-политической обстановки и критерии её оценки[1]

Значение этого потенциала (Пко) характеризует абсолютный уровень военной угрозы, для парирования которой со стороны объекта угрозы предпринимаются меры стратегического сдерживания, в том числе и силового (ядерного и неядерного). Возможности сил стратегического сдерживания можно оценить по показателю «потенциал стратегического сдерживания». В результате взаимодействия обобщённого конфликтного потенциала и потенциала стратегического сдерживания образуется потенциал военной угрозы (Пву), который представляет собой не скомпенсированную действием сил стратегического сдерживания часть обобщённого конфликтного потенциала.

Очевидно, что если потенциал стратегического сдерживания превышает по своему значению обобщённый конфликтный потенциал, то потенциал военной угрозы равен нулю. Таким образом, полученное значение потенциала военной угрозы показывает реальные возможности нанесения ущерба объекту обеспечения военной безопасности. В самом общем виде основные показатели методики оценки потенциала военной угрозы и порядок их определения представлены на рис. 2.

Рис. 2. Основные показатели методики оценки потенциала военной угрозы

В методике оценки военной безопасности обоснованы частные методики и шкалы для корректного соизмерения применяемых показателей, что является обязательным атрибутом подобного рода методик, но не требуется для пояснения смысла предлагаемых рассуждений.

Для принятия решения о повышении военной безопасности необходимо получить оценки уровня военной угрозы, то есть сформировать критерии её оценки. Получение таких результатов, как источник, носитель, военно-политический и стратегический характер, а также потенциал является важным, но лишь промежуточным этапом работы по оцениванию военной опасности или угрозы.

Она завершается получением оценочных суждений о достигаемой степени военной безопасности. То есть оценок о возможности  парирования военных угроз имеющимися силами и средствами, о степени соответствия достигаемой степени военной безопасности её требуемому уровню и о необходимости формирования новых, дополнительных мер по снижению напряжённости военно-политической обстановки, снижению потенциала военной угрозы, устранению источника имеющихся противоречий или снижения его антагонистичности.

Оценка военной угрозы есть оценка военной безопасности. Как указано в Военной доктрине, «военная безопасность Российской Федерации (далее — военная безопасность) — состояние защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства от внешних и внутренних военных угроз, связанных с применением военной силы или угрозой ее применения, характеризуемое отсутствием военной угрозы либо способностью ей противостоять».

Состояние защищённости в сущности есть психологическая оценка остаточного уровня (потенциала) и характера военной угрозы, которая и представляет собой оценку достигаемой степени военной безопасности. Способность противостоять военной угрозе характеризуется оставшимся после применения мер стратегического сдерживания не скомпенсированным конфликтным потенциалом, то есть собственно потенциалом военной угрозы. Представляется, что потенциал военной угрозы адекватно отражает функцию военной угрозы по нанесению ущерба объекту угрозы, так как уже учитывает меры её парирования.

Критерии оценки должны, прежде всего, отражать цель выработки оценочного суждения, и существо оценок, которые формируются после применения избранного решающего правила. Главное назначение оценок военных опасностей и угроз — оценка степени достигаемого уровня военной безопасности её требуемому уровню. Затем следуют выводы о перечне и содержании функциональных задач военной организации, задач стратегического сдерживания, оценки степени соответствия военной организации требованиям, вытекающим из характера военных опасностей и угроз, в том числе требованиям к уровню решения задач военной организации и её компонентов.

Психологические оценки потенциала военной угрозы, в конечном счёте, делает лицо, принимающее решение, в роли которого выступает Военно-политическое руководство страны во главе с Президентом России. Вместе с тем, в системе поддержки принимаемых решений, в каком бы виде она не существовала — в виде круга доверенных экспертов (например, Совет безопасности), в виде автоматизированной системы с соответствующими программными комплексами, должна быть разработана шкала критериев, где каждому уровню шкалы должен быть сопоставлен потенциал военной угрозы. Пример такой шкалы (рис. 3) разработан в методике оценки военной безопасности[2].

Рис. 3. Критериальная шкала оценки военной безопасности в зависимости от потенциала военной угрозы

Шкала построена с использованием известной функции желательности Харринтгтона, широко использующейся в теории планирования эксперимента для получения психологических оценок качества исследуемых в ходе экспериментов явлений по величине их одного из важнейших свойств. Подобные результаты можно получить и другими способами, например с помощью экспертного опроса с применением метода анализа иерархий, предложенного Т. Л. Саати[3]. Наконец, можно просто ограничиться оценкой достигаемой степени военной безопасности при данном потенциале военной угрозы лица, принимающего решение.

Из рисунка видно, что при значениях Пву свыше 1,5 военная безопасность не обеспечивается, а высокая военная безопасность соответствует значениям потенциала военной угрозы от 0,8 до 1,1. Весьма информативными могут быть результаты оценки потенциала военной опасности и угрозы в зависимости от конфликтного потенциала соотношения сил. Из несложных расчётов нетрудно видеть, что при существенном превосходстве противника над страной-жертвой в военном потенциале, компенсация конфликтного потенциала напряжённости военно-политической обстановки возможна двумя способами: за счёт потенциала стратегического сдерживания, а также за счёт повышения собственного военного потенциала этой страны, под которым здесь понимается совокупность военно-экономического, военно-политического и собственно военного потенциала.

Направлений укрепления военного потенциала и потенциала стратегического сдерживания может быть множество и здесь также не обойтись без системы критериев, выстроенных в некую шкалу. Её применение позволит конкретизировать цели модернизации экономики, военного строительства и укрепления политического единства общества по срокам и достигаемым в эти сроки результатам в условиях развития, которые пока возможно обеспечить за счёт существования фактора стратегического сдерживания.

Не менее важным может оказаться результат анализа влияния фактора политических намерений военно-политического руководства страны-противника, которые в методике оцениваются с помощью показателя «конфликтный потенциал намерений» Пко. Здесь появляется обширное поле для применения различного рода невоенных мер снижения конфликтности военно-политической обстановки. Для критериальной оценки эффективности этих мер может также послужить шкала оценки потенциала военной угрозы и военной безопасности. Наиболее результативными можно считать те невоенные (политико-дипломатические, экономические и иные) меры, при применении которых удастся снизить Пву до значений, соответствующих требуемой степени военной без- опасности при заданной величине потенциала стратегического силового сдерживания.

>> Полностью ознакомиться с коллективной монографией ЦВПИ МГИМО “Стратегическое прогнозирование международных отношений” <<


[1] Шкала измерения всех используемых в методике потенциалов одинакова — от 0 до 3 условных единиц.

[2] Цырендоржиев С. Р. О количественной оценке степени военной безопасности // Военная мысль. 2014. № 10. С. 27–40.

[3] Саати Т. Л. Принятие решений. Метод анализа иерархий. — М. : Радио и связь, 1989.

 

05.07.2017
  • Эксклюзив
  • Военно-политическая
  • Органы управления
  • Россия
  • Глобально
  • XXI век