По следам теракта в Стамбуле

Версия для печати

Нападение на аэропорт Ататюрка в контексте глобальных событий

Прогремевший 28 июня теракт в стамбульском аэропорту Ататюрка, в ходе которого погибло свыше 40 человек и еще более 200 пострадали, по ряду признаков не был инспирирован главарями Исламского государства, как это пытаются представить в СМИ. В данной статье будет дана попытка объяснить трагедию в рамках внутри- и внешнеполитических действий Турции в последние месяцы.  

В первую очередь следует обратить внимание на то, как террористы оказались способны пронести оружие и бомбы в охраняемый объект, где существует несколько этапов досмотра. Для этого следовало обладать связями внутри самого аэропорта, среди местной службы безопасности, поскольку иным способом незаметно пронести оружие просто невозможно. Следовательно, теракт готовился заранее и задолго до событий 28 июня. Более того, логично предположить, что сотрудники аэропорта были завербованы еще раньше, до момента планирования атаки, поскольку крайне маловероятно, чтобы вербовка и решение о планировании нападения точно совпали. Для подготовки подобной операции требуется немало времени - минимум несколько недель, а скорее всего больше месяца.

 

https://cdn2.img.ria.ru/images/145814/54/1458145455.png

Схема атак в аэропорту Ататюрка [1].     

Теперь обратимся к официальной версии, в соответствии с которой за атакой стоит запрещенная в России террористическая группировка Исламское государство. Как передает Российское информационное агентство со ссылкой на турецкие СМИ, к организации теракта причастен выходец из Чечни Ахмед Чатаев, а также выходцы из Узбекистана и Киргизии [2]. У самого же боевика Чатаева весьма нетривиальная биография, где прослеживается длительный путь одного из сообщников Доку Умарова, возглавлявшего т.н. "Имарат Кавказ", после смерти которого Чатаев перешел в Исламское государство [3]. Однако важно задаться вопросом: какой смысл главарям Исламского государства организовывать теракт именно в Турции? Версия о том, что данной акцией они хотели отметить годовщину образования собственно Исламского государства (ранее оно называлось Исламским государством Ирака и Леванта - ИГИЛ) смотрится надуманной по весьма весомой причине. В течение длительного времени турецкие власти оказывали серьезнейшую поддержку данной террористической структуре, поскольку рассчитывали использовать ее против своих главных противников - курдов и правительства Сирии, с целью ослабить их. Главным образом, оказывалась военная, логистическая, финансовая, медицинская, разведывательная (информационная) и материально-финансовая помощь, т.е. весь спектр поддержки. Сказанное не означает, что игиловцы как-то подконтрольны Анкаре и ее спецслужбам, однако по части взаимодействия стороны не испытывали серьезных проблем. Например, имеется информация о бизнес-связях семьи действующего президента Турции Реджепа Эрдогана, в частности его сына Билала Эрдогана, с Исламским государством, с которым семья турецкого президента торгует нефтью, о чем ранее заявлял замминистра обороны РФ Анатолий Антонов [4]. В итоге можно заключить, что игиловцам нет смысла совершать теракты именно в Турции. Несомненно, в качестве контраргумента логично указать на высокий риск утраты контроля над террористами при использовании их в собственных целях и в результате еще вчерашние бизнес-партнеры вполне способны взорвать несколько объектов на территории той страны, чье руководство оказывало помощь террористам. Отчасти подобный аргумент справедлив, однако игиловцам намного логичней организовать нападения в других странах, например, европейских - с точки зрения их идеологии это куда целесообразней, что и показал теракт в Ницце, где почерк действительно оказался похож на почерк Исламского государства.  

Также следует поставить под сомнение версию о причастности курдов к теракту в стамбульском аэропорту. Как правило, если Анкара хочет дополнительно обвинить своих извечных противников в организации терактов с целью оправдать усиление военных действий против них, то следует обвинение со стороны официальных властей. Далее, если проанализировать теракты, совершенные курдскими радикалами, то даже в случае их масштабности сама организация была относительно простой - взрыв смертника в скоплении людей в месте, которое охраняется на недостаточно высоком уровне или не охраняется вообще. Целенаправленная атака более высокого уровня явно нетипична для курдов. Даже резонансный теракт в Анкаре в феврале текущего года, когда рядом с автобусом с турецкими военными смертник на автомобиле произвел самоподрыв, ответственность за который взяла радикальная курдская группировка Ястребы освобождения Курдистана [5], не способен убедить в обратном. Тем более атака в аэропорту осуществлялась против мирных граждан, в т.ч. и иностранцев, что также нетипично для курдов. При детальном рассмотрении истории данной организации можно увидеть, что за ней не числится ни одного серьезного резонансного нападения такого высокого уровня. Как в случае с взрывом автобуса с военными, так и в случае теракта в аэропорту Ататюрка уровень подготовки был несравненно выше, нежели тот, который демонстрировали курды в своих нападениях. Безусловно, сами курдские радикалы вполне способны повышать свою квалификацию, но для акций подобного уровня и масштаба требуются возможности, существенно превосходящие возможности курдов. Мало того, что нужно завербовать необходимых людей и организовать канал провоза оружия и взрывчатки, критически важно соблюсти все необходимые условия конспирации. В данной схеме задействовано довольно много людей, поэтому вероятность утечки информации весьма велика, соответственно для сохранения ее в тайне важно, чтобы организаторы и исполнители обладали достаточно высоким уровнем профессионализма. Таким образом, ряд деталей позволяет предположить, что за нападением в стамбульском аэропорту стоят не курды.  

Однако главным обстоятельством, с учетом которого теракт видится под совершенно иным углом, несомненно, является момент и международная обстановка, выбранные для нападения. В частности, 27 июня был парафирован договор о нормализации отношений между Турцией и Израилем [6], а буквально в день теракта Реджеп Эрдоган прислал Владимиру Путину письмо [7], вызвавшее в России  самые разные интерпретации. По мнению автора, в письме действительно были извинения, но принесенные не России, а именно семье погибшего пилота, т.е. за отданный приказ извинений принесено не было, о чем писали и турецкие СМИ [8]. Безусловно, тот факт, что письмо было адресовано главе российского государства можно воспринимать как извинения и перед страной, но с другой стороны турецкое руководство по-другому и не могло выразить свои извинения семье, кроме как в виде официального письма. В Москве же, по всей видимости, письму дали нужную трактовку и дальнейшие события развивались так, будто извинения были принесены именно за сбитый самолет. С учетом той скорости, с которой стороны взялись строить ранее сожженные мосты, можно предположить, что не только турецкому, но и российскому руководству крайне важно перейти от конфронтации к выстраиванию отношений, поскольку продолжение вражды не в интересах ни одной из сторон, о чем автор ранее уже высказывался [9, 10]. Впрочем, пока дальше медиа-активности в этом направлении процесс нормализации отношений не пошел. Однако из-за действий своего руководства Турция оказалась в крайне непростой ситуации, на фоне которой ей требовалось вернуть докризисный status quo с теми странами, с которыми были разорваны отношения по тем или иным причинам. В частности, с Израилем конфликт произошел после того, как в 2010 году израильские солдаты ВМС застрелили девятерых турецких активистов "Флотилии свободы" - организованного турками конвоя судов с гуманитарным грузом, шедший с целью прорвать блокаду сектора Газа. С Россией отношения были испорчены после атаки турецкого истребителя на российский бомбардировщик Су-24 в ноябре прошлого года. Теперь же, после ставки американцев на курдов в деле фрагментации региона и создания нового баланса сил, Анкара срочно нуждается если не в союзниках, то хотя бы в пути выхода из той политической изоляции, в которую она попала.

В контексте обсуждаемого события следует упомянуть и весьма непростые отношения с Евросоюзом (ЕС), в общении с которым турецкое руководство все чаще прибегает к ультимативным заявлениям. Дополнительным фактором, усложнившим ситуацию, стал brexit - референдум в Великобритании, в результате которого большая часть населения Туманного Альбиона высказалась за выход из ЕС. В результате будущее ЕС оказалось под большим вопросом, особенно с учетом продвижения альтернативных проектов по типу Трансатлантического торгового и инвестиционного партнерства (англ. аббревиатура TTIP) и Соглашения о торговле услугами (англ. аббревиатура TiSA), после присоединения к которым европейские страны фактически окончательно потеряют свой суверенитет, причем в самом широком смысле этого термина. По всей видимости, в Великобритании возобладали национально-ориентированные силы, не желающие подписывать себе политико-экономический и социокультурный приговор по примеру своих континентальных коллег. Подчеркнем: сказанное не означает, что британские элиты, как часть мировых элит, не собираются участвовать в глобальных проектах, однако их позиция заключается в том, чтобы самим влиять на условия, на которых они будут встраиваться в новый глобальный порядок. Сохранение же своего членства в ЕС, пускай и на некоторых автономно-привилегированных условиях, добытых Дэвидом Кэмероном для Великобритании еще в феврале на брюссельском саммите ЕС, означает, что процесс вхождения в новые структуры должен проходить на диктуемых Брюсселем условиях. С учетом огромного влияния атлантического лобби в наднациональной евробюрократии это означает принятие условий США, чьи транснациональные корпорации и продвигают проекты TTIP и TiSA, фактически диктуя свою волю Брюсселю. Британцы это прекрасно понимают, из-за чего и не соглашаются с нахождением в составе ЕС, поскольку в данном случае они лишаются возможности самостоятельно выбирать условия своего вступления в указанные выше проекты. Принятие британской элитой диктата из Брюсселя равносильно вступлению в TTIP и TiSA на неприемлемых условиях, уготованных Вашингтоном для ЕС. Несомненно, в самой Великобритании есть и сторонники сохранения прежнего статуса, но на референдуме 23 июня они потерпели фиаско. 

Данное отступление сделано для того, чтобы показать наметившиеся проблемы ЕС, куда Турция на протяжении длительного времени безуспешно пыталась попасть. Теперь само будущее ЕС находится под угрозой и с определенной уверенностью можно предположить последующий эффект домино, с выходом уже других стран из наднациональной евроструктуры с неизбежным усилением позиций евроскептиков. На этом фоне Турция просто не может себе позволить продолжать действовать в том же духе - плодить врагов и недоброжелателей вокруг себя, в то время когда на ее территории в непрерывном режиме происходят теракты и де-факто идет гражданская война с курдами, а рядом с сирийско-турецкой границей продолжается крупнейший в послевоенное время, чрезвычайно сложный и неразрешимый в текущих условиях конфликт. Поэтому поиск выхода из стратегического тупика для Анкары был неизбежным, что отразилось в шагах навстречу России и Израилю.

В этот момент происходит резонансный теракт в аэропорту Ататюрка, причем объект выбран неслучайно, с явной целью подорвать туристическую отрасль Турции, поскольку через аэропорт ежегодно проходят десятки миллионов пассажиров. Совпадение по времени действительно настораживает: только стало известно о нормализации отношений с Россией и Израилем, как тут же совершается мощнейший теракт. Возникает очередной резонный вопрос: являлся ли целью атаки наметившейся поворот Анкары в отношении стран, с которыми у нее по разным причинам были испорчены отношения? Если да, то как объяснить небольшую разницу по времени между договором с Израилем и письмом В. Путину и нападением, ведь, как уже было сказано выше, на подготовку к подобному теракту требуется как минимум несколько недель? Взяв за основную версию о связи между указанными событиями, логично предположить, что подлинные организаторы теракта заранее имели доступ к информации о грядущих переменах во внешней политике Анкары. Следовательно, этими людьми должны быть высокопоставленные чиновники и спецслужбисты, которые обладали доступом к подобного рода информации. В качестве альтернативы существует вариант с организацией теракта третьей стороной, обладающей большими разведывательными возможностями на территории Турции. Наконец, есть вероятность и третьей версии, где часть турецкого истеблишмента могла совместно действовать с внешними игроками для достижения обоюдовыгодной цели - не допустить сближения Анкары с Москвой и Тель-Авивом. Подчеркнем: безусловно, все версии при оценке анализируемых событий являются предположениями, рассматриваемые автором как наиболее вероятные. Здесь нет и, с высокой вероятностью, не может быть прямых доказательств, т. к. организаторы подобных акций, как правило, не ведут документацию и планируют их в условиях строжайшей конспирации. Следовательно, судить о причинах и авторстве идеи нападения боевиков-смертников ровно в момент начала сближения Турции с Россией и Израилем можно только по косвенным признакам и только в контексте мировых событий и процессов, где так или иначе принимает участие турецкое руководство. Само собой, отсутствие прямых фактов снижает достоверность результата исследования и увеличивает риск ошибки, но иного способа проанализировать события по типу терактов в стамбульском аэропорту просто невозможно. Официальная же версия о причастности Исламского государства по ряду признаков вызывает серьезные сомнения. Если остановиться на версии о неслучайном характере совпадения по времени теракта и турецкого внешнеполитического разворота, то логично предположить наличие у влиятельных сил внутри Турции прямо или косвенно контролируемых террористов для использования их в нужный момент. Данная практика уже неоднократно применялась и суть ее была одной и той же: в определенный момент задействуются уже обработанные люди, готовые пойти на смерть, после чего их снабжают материальными средствами и информацией. Совершенно необязательно, чтобы исполнители знали о том, кто им поставляет информацию - в таких случаях могут использовать посредников среди главарей террористов. Данные лица не являются наивными людьми, идущими на смерть с килограммами взрывчатки на поясе, а вполне цинично и расчетливо взаимодействуют с подлинными организаторами предстоящего теракта. Соответственно сама схема выглядит так: организаторы - главари террористов, взаимодействующие с организаторами, когда тем нужно - исполнители. Промежуточное звено в виде главарей террористов нужно не только для соблюдения режима конспирации, но и недопущения риска отказа потенциальным исполнителем совершить теракт. Это обусловлено тем, что сам смертник может отказаться от истишхадии (подрыва), если узнает об использовании его теми или иными правительственными структурами. Наличие предельно циничных главарей террористов дает возможность объяснить непосредственному исполнителю способ получения информации для планирования истишхадии так, чтобы не вызвать у него подозрений. Фактически объект разработки используют без его ведома, т.е. "в темную", и в результате у заинтересованных структур существует заранее взращенные террористы, находящиеся в режиме ожидания. В нужный час их задействуют для тех или иных целей, как правило, сводящихся к совершению политических убийств или терактов. С учетом наличия достаточного количества лагерей на территории Турции, где боевики проходят диверсионно-террористическую подготовку под прямым или опосредованным контролем местных спецслужб, и вне ее пределов, то найти нужных кандидатов для исполнения теракта не составляет больших проблем.  

В заключение будет отмечено, что представленная выше версия имеет право на существование, поскольку вписывается в логику событий последних лет, где Турция играла существенную роль. Сближение с Россией не входит в планы многих третьих сил, которые рассчитывают окружить ее цепью зон нестабильности и враждебных политических режимов. Уже на основании данного факта можно констатировать наличие противников ухода от этой стратегической линии, способных пойти на любые преступления, где уничтожение невиновных гражданских рассматриваются лишь как средство достижения собственных целей.

P.S. В момент написания статьи в Турции происходит попытка госпереворота со стороны ряда военных, а Генштаб Турции заявил о захвате власти в стране и аресте высшего руководства [11]. Вполне возможно, что именно организаторы этого переворота (или его попытки) могли быть причастны к некоторым терактам, направленным на подрыв позиций нынешнего турецкого режима. 

Автор: Константин Стригунов


Источники:

[1]http://ria.ru/infografika/20160629/1454267616.html

[2]http://www.reuters.com/article/us-turkey-blast-raids-idUSKCN0ZG0RM

[3]http://heavy.com/news/2016/07/akhmed-chatayev-ahmed-asylum-austria-chataev-istanbul-airport-bombing-terror-attack-isis-russia/

[4]http://ria.ru/world/20151202/1334343046.html

[5]http://ru.sputnik-tj.com/world/20160220/1018589489.html

[6]http://ria.ru/world/20160627/1452989432.html

[7]http://kremlin.ru/events/president/news/52282

[8]http://aa.com.tr/en/todays-headlines/erdogan-s-letter-to-putin-does-not-include-apology-/599158

[9]http://www.nakanune.ru/articles/111531 

[10]http://eurasian-defence.ru/?q=eksklyuziv/itogi-voennoy-operacii-rossii

[11]http://ria.ru/world/20160715/1467044001.html

17.07.2016
  • Эксклюзив
  • Органы управления
  • Россия
  • Ближний Восток и Северная Африка
  • XXI век