М. Александров: После активизации НАТО на восточном фланге мы были вынуждены предпринимать ответные меры

Версия для печати

На заседании Атлантического совета генсек НАТО Йенс Столтенберг едва не сотворил сенсацию, заявив, что возглавляемый им блок готов к выстраиванию диалога с Россией.

Впрочем, неожиданная примирительная тональность не получила логического продолжения. Руководитель альянса поспешил вернуться в наезженную конфронтационную риторическую колею. По его мнению, Москва позволяет себе недопустимую вольность — пытается восстановить утраченное после распада СССР влияние на непосредственное окружение. «Россия старается восстановить сферу влияния вокруг своих границ. И это неприемлемо, потому что нарушает международные нормы и территориальную целостность стран», — сказал г-н Столтенберг.

Воспроизведя устойчивую североатлантическую идиому про «агрессивное поведение РФ», «рулевой» НАТО снова перешёл на позитив. Подчеркнув, что этот военно-политический блок не ищет конфронтации с Россией. Проще говоря, НАТО считает возможным перемежать очередные военные подскоки к границам РФ с двусторонними контактами, в ходе которых Москве будут популярно объяснять, почему это не представляет для неё никакой опасности. Для решения этой задачи натовские генералы готовы возобновить работу совместного Совета Россия-НАТО, который, как уточнил высокопоставленный спикер, не прекращал своего существования. Он напомнил, что в связи с конфликтом на Украине альянс лишь приостановил «практическую работу» с российской стороной.

Стоит заметить, что последняя, похоже, не против «дважды войти в одну и ту же реку». В феврале вопрос реанимирования старого формата обсуждали всё тот же Йенс Столтенберг и глава МИД РФ Сергей Лавров. После этого Москва заявила, что для проведения встречи Совета необходима повестка дня, представляющая интерес для обеих сторон. В марте постоянный представитель РФ при НАТО Александр Грушкоподтвердил, что «работа по созыву очередного заседания идёт», хотя окончательного решения по этому поводу пока нет.

Таким образом, по мере приближения саммита в Варшаве, на котором, как ожидается, главы стран-участниц Североатлантического альянса завизируют очередной «Drang nach Osten», руководство блока по канонам информационной войны пытается провести классический отвлекающий манёвр. Как отреагируют на него российские власти?

Столкнувшись с противодействием Москвы, руководство НАТО пытается затащить нашу страну в переговорное «болото», считает ведущий эксперт Центра военно-политических исследований МГИМО Михаил Александров.

 

 

— После активизации блока на восточном фланге мы были вынуждены предпринимать ответные меры. В частности, в Западном военном округе будут сформированы три новые дивизии. Создаются 1-я гвардейская танковая армия и 20-я гвардейская общевойсковая армия в Воронеже. В такой ситуации командованию НАТО ничего не остается, как задействовать информационный ресурс. А проще говоря, «запудрить мозги» как западным, так и российским политикам.

Задача — продемонстрировать готовность к диалогу, под прикрытием которого будет происходить дальнейшее наращивание военной инфраструктуры.

— «Сотрудничество» по Столтенбергу сводится к тому, что Россия должна добровольно отказаться от обеспечения национальной безопасности?

— Конечно. Ведь что представляет собой пресловутая «сфера влияния»? Это сфера безопасности по периметру границ, обеспечивать которую любое суверенное государство не только имеет право, но обязано (перед своими гражданами).

При том, что блок НАТО уже давно вышел за пределы Северной Атлантики, например, проводит операцию в Афганистане. Лидеры альянса — американцы, сделали заявку на военное присутствие в глобальном масштабе. А Россия, по логике натовских генералов, видите ли, не имеет права принимать меры по защите собственной территории. Это полный абсурд, нас призывают капитулировать. Дескать, не будете участвовать в имитационных переговорах, будем наращивать военное присутствие у российских границ.

Предложения устроить очередную демагогическую «перезагрузку» идут волнами — когда натовцы видят, что их действие порождает наше противодействие, они пытаются заболтать проблему.

— Контрпродуктивен любой диалог с НАТО или только фальшивое, видимое взаимодействие?

— Полноценный переговорный процесс предполагает либо создание общей сферы безопасности, либо её разделение. Допустим, американцы распускают НАТО, и мы создаём общий блок по обеспечению безопасности (по крайней мере, в Европе). В противном случае Россия выстраивает собственную систему защиты от внешних угроз. При этом альянс берёт на себя обязательства не размещать войска в странах, с которыми мы граничим.

Россия никого не трогает, но американцы гарантируют, что права русского населения в тех же Прибалтике, на Украине, в Молдавии нарушаться не будут. Также блок отказывается размещать военные базы в Грузии, в «незалежной». Причем не на словах, а прописывает это в договоре.

В этом случае Москва не будет размещать свои группировки за рубежом, наращивать военное присутствие в Белоруссии. Вот это и есть настоящий диалог, а не то, что нам предлагают.

Вместе этого мы видим, что только за последний год в странах Балтии, Польше, Румынии натовское присутствие выросло по авиации в 8 раз, а по количеству военнослужащих — в 13. В «предбаннике» НАТО находятся Черногория, Македония, Босния и Герцеговина, Грузия и Украина, а в сферу интересов альянса вовлекаются Финляндия, Швеция, Сербия и Молдавия.

— Пока в численном выражении «сдерживание Москвы» выглядит достаточно скромно: 250 танков, самоходных артиллерийских установок Paladin, боевых машин Bradley и 4,2 тыс. натовских военнослужащих на всю Восточную Европу.

— Это стратегия «ноги в двери». Основополагающий акт Россия — НАТО от 1997 года, к которому апеллируют наши «партнёры», вообще, не позволяет альянсу размещать войска вдоль российских границ на постоянной основе.

Допустим, начнутся протесты среди русского населения в Прибалтике. 250 танков и 4,2 тысячи натовских «сапог» вполне достаточно для их подавления. Другое дело, Россия тоже наращивает западную группировку. В этом плане с нами конкурировать сложно — скажем, разместит альянс 100 тысяч военных, а мы в ответ увеличим наш потенциал на 200 тысяч. Американцам придётся перебрасывать из США в Европу дополнительные силы. Поэтому они пытаются вовлечь Москву в переговорные «посиделки», чтобы мы ничего реально не предпринимали.

— В то же время США предполагают оснастить истребители F-16 и Tornado ВВС целого ряда европейских неядерных членов НАТО оборудованием, позволяющим применять ядерные бомбы B61−12.

— В июле прошлого года состоялся первый испытательный сброс новой тактической управляемой термоядерной бомбы B61−12. По сути, это прямое нарушение Договора о нераспространении ядерного оружия.

К тому же, в соответствии с договорённостями в рамках Основополагающего акта Россия-НАТО, противостоящий нам блок «подписался» под тем, чтобы не размещать на постоянной основе войска в Восточной Европе. Чтобы обойти это положение, американцы создают базы хранения тяжёлой техники, а также размещают воинские контингенты на ротационной основе.

Это откровенный подлог — как мы можем проверить, происходит ротация или нет? Между постоянной ротацией и постоянным размещением нет никакой разницы. Может быть, они одного военнослужащего поменяют на другого раз в год, и всё.

— Существует ли в таком случае пространство для торга и компромисса в случае возобновления заседаний Совета Россия-НАТО?

— Наши дипломаты готовы общаться со своими западными визави в любых форматах, но неясно, в чём состоит наша переговорная повестка. Складывается такое впечатление, что её нет. То есть, мы будем обсуждать чужие инициативы. В то время как НАТО следует поставить на место — заставить отказаться от размещения баз по периметру наших границ, перестать заниматься словоблудием по поводу ротационного формата переброски американских войск в Европу. Наконец, российское руководство должно чётко потребовать, чтобы страны НАТО отказались от применения технологии «цветных революций» на постсоветском пространстве.

Впрочем, очевидно, что никакого переговорного прогресса по такой повестке не будет. Но мы, по крайней мере, должны чётко обозначить свою позицию. Она не должна представлять аморфное расплывчатое облако, хватит играть в поддавки.

Думаю, не стоит наступать на старые грабли. В 1994 году, когда наше внешнеполитическое ведомство возглавлял небезызвестный Андрей Козырев, Россия присоединилась к натовской программе «Партнёрство во имя мира», подразделения ВС РФ принимали участие во всевозможных учениях с натовцами. В результате наши коллеги из бывших советских республик, интенсифицируя контакты с НАТО, всегда ссылались на российский пример. Дескать, если вам можно, то почему нам нельзя?

— Опять же, непонятно, зачем России устанавливать «контакты третьего уровня» с враждебно настроенной военно-политической машиной, если натовцы, как показывает история, никогда не выполняют взятые на себя обязательства?

— Резонный вопрос. Политику уступок и соглашательства следует признать порочной. Страны НАТО осуществили госперевороты в Грузии, на Украине. Отступать до Москвы наше руководство, судя по всему, не намерено.

Автор: Василий Ваньков, Источник: “Свободная пресса”

08.04.2016
  • Экспертное мнение
  • Военно-политическая
  • Органы управления
  • Россия
  • НАТО
  • XXI век