Глава "Калашникова": концерну есть что предложить для нацпроектов

Версия для печати

прсшщэ

Производство оружия и беспилотников, разработка роботов и электромобилей, строительство морских судов и реализация нейросетевых решений для регулирования трафика дорожного движения — концерн "Калашников" объединяет в себе целый ряд компетенций и прорывных проектов. Тем не менее "Калашников" готов и дальше расширять свой потенциал, в том числе для реализации национальных проектов, и уже имеет решения в сфере экологии и городской среды, сообщил в интервью ТАСС глава концерна "Калашников" Владимир Дмитриев.
 
— Вы участвовали в экономическом форуме в Сочи, где тема реализации национальных проектов зазвучала с новой силой,  и уже не только со стороны властей, но и бизнеса. В каких нацпроектах концерн "Калашников" готов участвовать и какие перспективы видит для себя?  
 
— Мы встраиваемся в гражданскую отрасль, понимаем наши собственные сильные стороны, наши компетенции, в первую очередь технические, и пытаемся понять, каким образом эти компетенции можно применять по ту сторону. Мы относимся к этому процессу как к полноценному бизнесу, давно перешагнув из мира работы под заказ, когда точно говорят, что надо сделать, и ты просто исполняешь, в мир поиска инсайда от потенциального клиента. Мы не пытаемся давать железные решения, если что-то нужно, а мы пытаемся понять, каким образом мы можем решить его проблему. Причем очень большая дистанция между "я могу вот это, а тебе нужно вот то". Хорошо, мы будем модифицировать свой продукт, мы будем придумывать новые варианты и форматы в зонах действия до тех пор, пока тебя, уважаемый клиент, это не удовлетворит. Практически все наши последние продукты, связанные с гражданкой, — это наши инициативные разработки. Нет такой, к сожалению или к счастью, в нашем бизнесе ситуации, когда люди приходят к нам и говорят: "Мы хотим вот это и вот это, пожалуйста сделайте". Как правило, мы инициируем этот разговор.
 
— Какая доля гражданского производства в концерне "Калашников" сегодня?
 
— Вы знаете, какую задачу поставил президент — к 2025 году довести долю гражданской продукции до 30%. Наш государственный акционер, корпорация Ростех, ставит еще более амбициозные задачи в сфере диверсификации, но и оказывает концерну большое содействие. В 2018 году мы вышли на показатель в 15%, но рассчитываем, что в ближайшие три-четыре года удастся опередить указы и пожелания… Мы точно должны сделать 30%. Вопрос именно временного графика. Я думаю, что это случится в ближайшие три-четыре года, но возможно потребуется еще пару лет.
 
— Переход на гражданские рельсы предполагает довольно широкое поле для деятельности, какие новые сферы вы готовы осваивать с учетом актуализации темы национальных проектов?
 
— Мы начали с вопроса о том, какие нацпроекты нам интересны, где мы видим возможность предложения собственных компетенций. Это "Умный город", "Экология". Так, в сфере экологии у нас есть комплексные решения, направленные на повышение безопасности заповедников, природоохранных территорий, на их изучение. Давайте начнем с того, что мы готовы выполнять и уже опробовали пилотные проекты с рядом регионов РФ. Так, например, в государственном природном заказнике "Степной" в Астраханской области провели подготовительные работы для подсчета популяции сайгаков с помощью беспилотного комплекса ZALA 421-16Е. Это задача, которая сложно решается традиционными методами. Можно ее решать через использование компьютерной или космической съемки, а можно проще и намного дешевле — с помощью беспилотников, которые в течение пары часов дают полную картинку территории.
 
— И сколько у них сайгаков?
 
— Работы по подсчету животных планируется завершить весной.
 
— Как ведется подсчет?
 
Все используемые методы подсчета раньше были неэффективны, так как при авто- и авиаучетах с пилотируемой техники животные разбегались из-за громкого шума, а на космических снимках часто практически невозможно заметить сайгака
— БВС ZALA абсолютно бесшумные и незаметные. Снимки с высоким разрешением предоставляют детальное изображение поверхности земли. Встроенное геодезическое оборудование обеспечивает точную геопривязку каждого снимка, поэтому погрешность в подсчете животных минимальна.
 
— Какие еще удачные примеры применения беспилотников можете привести?
 
— В рамках контракта с ФГУП ЦЭНКИ (госкорпорация "Роскосмос") беспилотные суда ZALA Aero приступили к поиску отработанных ступеней ракет на космодроме Восточный, в Амурской области и Республике Саха (Якутия). После запуска ракеты-носителя их отработанные ступени падают прямо на землю. Район падения, как правило, составляет тысячи квадратных километров. Зоны падения на космодроме Восточный окружены плотными, трудно проходимыми как для человека, так и для наземной техники лесами и имеют холмистый рельеф. Это затрудняет визуальный поиск и своевременное обнаружение отделяющихся частей ракеты-носителя, которые потенциально могут нанести вред окружающей среде. До недавнего времени для поиска отделяющихся частей ракеты-носителя использовались пилотируемые вертолеты, что является более затратным и длительным методом обнаружения отделяющихся частей. Суровый климат зон падения — сильные ветра и низкие температуры — также накладывает ограничения на полеты пилотируемой авиации. Применение беспилотных комплексов ZALA 421-16Е, ZALA 421-16E2 увеличило эффективность и сократило время поисков в несколько раз. С точки зрения безопасности беспилотное воздушное судно также имеет неоспоримые преимущества, так как исключен риск падения воздушного судна с экипажем в сложных погодных метеоусловиях.
 
— И сейчас это уже на потоке, да?
 
— Да. Если к нам обращаются, мы решаем эту проблему. Наши специалисты имеют большой опыт и отработанные поисковые тактики, так как с 2011 года БВС ZALA Aero применяются также на космодроме Байконур.
 
— "Калашников" активно инвестирует и в судостроительную отрасль. Планируете ли дальше развивать и расширять свое участие, приобретать новые активы?
 
— Внутри группы "Калашников" сейчас три самостоятельные верфи, есть три предприятия, которые занимаются производством судов. Начиная от маленьких прогулочных композитных катеров размером 4,5–5 м и заканчивая форматами сухогрузных судов на 149,5 м в длину и 17,5 м в ширину — это максимальный размер, который допущен к вхождению в основную российскую водную артерию. Расширять этот бизнес не планируем, нас устраивают приобретенные активы. Мы получили полный набор компетенций, которые нам нужны. Если будет необходимость в росте производственных мощностей, мы будем развивать и модернизировать существующие предприятия, инвестируя в расширение производственных возможностей.
 
— Известно, что у "Калашникова" есть хорошие наработки в организации гражданских перевозок. Какие перспективы у "Кометы"?
 
— "Комета" — хороший продукт, устраивает и пользователя, в первую очередь, и устраивает нас по экономическим характеристикам. Более того, "Комета" пользуется спросом и вне России в том числе. У нас сейчас идут переговоры за рубежом.
 
— А с кем?
 
— Пока не могу сказать, это будет еще одна хорошая новость. Если нам все удастся, то я думаю, что до лета мы уже подпишем контракт. Со стороны заказчиков есть запрос на этот продукт. Мы видим экспортный потенциал. Причем мы удивились, что есть ряд стран, которым интересна поставка самой "Кометы" как готового судна, а есть по крайней мере два заказа — два потенциальных заинтересанта говорят, что им нужно решение "под ключ". Видимо, мы сделаем совместное предприятие с ними и будем заниматься в том числе и операторской деятельностью на их территории.
 
— В чем преимущества "Кометы"?
 
— "Умный город" для нас это не только централизация, но и в первую очередь повышение безопасности и эффективности деятельности человека. Если мы говорим про "Комету", то это ответ на вопрос: каким образом, не вкладываясь кардинально в построение дорожной сети, можно решить проблему перемещения жителей из одного города в другой, если они оба находятся на побережье? Судно вмещает 120 пассажиров, экипаж составляет пять человек. Скорость теплохода на подводных крыльях — 35 узлов (около 65 км/ч). Дальность хода — 200 миль. Судно оснащено современными средствами связи и навигации, климат-контролем. Важным преимуществом этого современного судна по сравнению с ранее построенными стал высокий уровень комфорта пассажиров, для чего применяется автоматическая система снижения качки и перегрузки.
 
— А в Сочи вы такое предлагали?
 
— В Сочи мы обязательно зайдем. Пока первые пять "Комет" будут ходить в Черноморском бассейне, но скорее всего — в районе Крыма. А далее мы пойдем на Черноморское побережье Кавказа, в Сочи и прилегающие города.
 
— Вы планируете увеличить производство "Комет"?
 
— Сейчас у нас пока одно курсирующее судно, и еще четыре будет. В этом году, летом, будет еще два — они сейчас достраиваются в Рыбинске и переезжают в Крым. И контракт на строительство еще двух мы прямо сейчас заключаем с ГТЛК. Эти суда уже будут строить в Крыму, на феодосийском заводе "Море". Далее мы смотрим на расширение. Пока уровень загрузки, который мы увидели на нашем первом маршруте, впечатляет — 98%. Это превосходно. С одной стороны, это значит, что мы немножко недоиспользовали его коммерческий потенциал, но с ценами на билеты мы сильно экспериментировать не будем. Мы скорее попробуем закрыть экстенсивность. Инфляция, конечно, будет, но скорее мы будем вводить новые маршруты.
 
— Здорово. С удовольствием поедем на ваших "Кометах" в Сочи!
 
— Прекрасно. Это первый ответ на вопрос, как сделать жизнь более эффективной. Тратить меньше времени на дорогу, быть более свободным в этот момент, но это не единственное решение, которое мы предлагаем.
 
— Электромобили?
 
— Да, абсолютно. В прошлом году по заказу департамента транспорта и развития дорожно-транспортной инфраструктуры города Москвы мы передали московской полиции 30 электромотоциклов "Иж Пульсар" и четыре электромобиля "Овум", которые были задействованы во время чемпионата мира по футболу. Сейчас мы думаем, каким образом мы сможем выйти с похожими, только уже более традиционными средствами электрической мобильности, для того чтобы перестать загрязнять город. Это, скорее всего, будет не B2C-решение, а B2B, просто потому, что для розничных клиентов еще потребуется некоторое время для того, чтобы понять, что электромобиль может стоить дороже, чем автомобиль с двигателем внутреннего сгорания. Но при этом разница окупится в процессе эксплуатации стократно.
 
— Продолжая тему мотоциклов, как обстоят дела с реализацией проекта по созданию мотоцикла "Иж" для проекта "Кортеж". Начались ли испытания?
 
— Нет, там до испытаний еще очень далеко, идет разработка. Давайте пока эту тему глубоко трогать не будем. Я обещаю, что мы к ней вернемся чуть позже.
 
— А когда начнутся испытания?        
 
— Пока не можем сказать.
 
— Какие передовые разработки есть у "Калашникова" в активной фазе?
 
— У нас есть нейросетевые решения, которые позволяют анализировать дорожную информацию и использовать ее, например, для регулировки трафика.
 
— Они уже внедряются?
 
— Мы разрабатываем эту систему прямо сейчас, есть набор датчиков и камер, мы пытаемся прикрепить нейросеть, научить ее правильным образом определять, что за транспортное средство мы видим, ведет ли оно себя нормально? Анализ совпадений между цветом, моделью, маркой и номером автомобиля позволит выискивать потенциально не просто нарушителей, но и преступников, пытающихся скрыть угнанный автомобиль, заменив номера. Применение этих решений поможет сделать движение более скоростным, мы сможем продуктивнее его регулировать.
 
— Были ли какие-нибудь исследования, насколько при внедрении нейросети увеличится скорость движения, снизится количество ДТП?
 
— Для того чтобы ответить на этот вопрос, мы полтора года назад поставили Центру организации дорожного движения (ЦОДД) пилотный видеокомплекс, анализирующий обстановку на улично-дорожной сети Москвы. Первая система была установлена на Третьем транспортном кольце и бесплатно тестировалась в рамках пилотного проекта. Мы ждем завершения расчетов от департамента транспорта Москвы, насколько мы могли бы действительно сделать город быстрее и безопаснее.
 
— И когда вы получите их?
 
— Пока нам не предоставили данные, ждем.
 
— Вернемся к нацпроекту "Экология". Какие еще решения есть у "Калашникова"?
 
— В области экологии еще одно интересное направление — это совместный с Минприроды проект для особо охраняемых природных территорий страны. Предложение концерна призвано усовершенствовать систему контроля за особо охраняемыми природными территориями России, улучшить инфраструктуру и создать комплекс условий для безопасного отдыха граждан. Концерн "Калашников" готов предложить "сервисный подход 360", главным преимуществом которого являются уникальные компетенции предприятия и развитая материально-техническая база. В частности, концерн займется разработкой комплексной системы материально-технического обеспечения ООПТ, которая будет включать в себя оружие, экипировку, транспорт, системы мониторинга и круглогодичную систему обучения и аттестации инспекторов ООПТ. Специально для проекта будут созданы стандарты обеспечения снаряжением и оборудованием для разных климатических условий и выполняемых задач.
 
— Получается, вы будете и обучать, и тренировать. А уже начали с кем-то работать или это пока планы?
 
— Планируется создать сеть региональных учебных центров по всей стране. Предполагается, что пилотный проект учебного центра будет создан на базе ФГБУ "Заповедное Прибайкалье". На месте будут проводиться тренинги по использованию служебного оружия, тренинги выживания, горной подготовки, тактики реагирования, следопытства и другие. Мы уже передали первый комплект экипировки и снаряжения коллегам в Забайкальский край.
 
— Сколько таких комплектов передали?
 
— Порядка 30 комплектов, насколько я помню.
 
— Экипировка из чего состоит?
 
— В первую очередь, это одежда производства "Калашников", с системой слоев, которая создана для функционирования от минус 30 по Цельсию до плюс 35 градусов. Единый комплект, который человек, работающий в поле, просто берет с собой. Этот комплект включает в себя в том числе и рюкзачное снаряжение. Можно нести с собой некую полезную нагрузку. Кроме того, сюда входит и служебное оружие, которое инспектор должен иметь, для того чтобы противостоять вооруженным браконьерам.
 
— Какие дальнейшие планы по расширению поставок комплектов?
 
— В первую очередь, нам нужно оценить созданный комплект. Возможно, после тестовой эксплуатации инспектора выскажут какие-то замечания, и это совершенно нормально, потому что нет универсального решения. У ребят специфическая служба, поэтому наверняка им захочется что-то подкрутить. Мы с удовольствием это сделаем, потому что мы являемся производителями и нам это несложно. А дальше, да, мы целимся, конечно же, на федеральный масштаб.
 
— Возвращаясь к теме судостроения, увидим ли мы новые типы судов от "Калашникова"?
 
— Тоже будут. Беспилотные суда сделать можно — в этом нет ничего сложного. Возможно, кстати, мы займемся этим, просто пока не было конкретного заказа. Нас интересует новый тип судов, который недостаточно хорошо развит пока в стране, — это судно на воздушной подушке. Мне кажется, в условиях сурового климата и длинной зимы они будут востребованы. По заказу Минпромторга мы выполняем сейчас опытно-конструкторскую работу, они частично финансируют эти работы, частично мы сами. Это судно с большим водоизмещением, которое позволило бы в суровых условиях, невзирая на время года, заниматься перевозками существенных грузов. Если у нас все будет нормально, то через полтора-два года у нас будет образец. Мы уже сейчас начинаем разговор о том, кому бы это могло быть интересно. Естественно, это нефтяники, грузовые компании.
 
— Развитие Арктики также является одним из важных направлений в России и входит в такие нацпроекты, как "Наука" и "Экология". "Калашников" участвует, предлагает свои решения?
 
— Мы активно интересуемся Арктикой, у нас широкий спектр изделий, которые могут быть использованы при экстремально низких температурах. Это и экипировка, и снаряжение, и набор различных технических средств. В том числе беспилотники. Мы недавно представили наш БЛА серии ZALA Arctic, способный успешно решать задачи гражданского и военного назначения по проведению исследований в арктической зоне, обеспечению безопасности морского судоходства, круглосуточной охране периметров, организации полноценной системы слежения за арктическим побережьем и территориальными водами. Это больше, чем беспилотник.
 
— Вы имеете в виду ZALA Aero 421? Или другой?
 
— Это комплексы ZALA 421-08М и ZALA 421-16Е. С их помощью можно безопасно проводить многочисленные разведывательные операции и регулярный мониторинг ледовой обстановки. Операторы БАС могут автономно проживать в Арктике в специально разработанном всесезонном жилом модуле на базе морского 20-футового контейнера. Он также предназначен для рационального проведения технического обслуживания беспилотных авиационных систем на месте их эксплуатации. Главным преимуществом контейнера является полная независимость системы жизнеобеспечения от внешних источников питания: комплекс оснащен всей необходимой техникой и оборудованием.
 
— А проявляют к этим разработкам интерес те же нефтяники?
 
— ZALA уже работает с нефтяными компаниями.  В их числе "Роснефть", "Башнефть", "Газпром", "Газпром-Нефть", "Транснефть", "Татнефть" и "Лукойл". Беспилотники сопровождают большое количество трубопроводов в труднодоступных регионах.
 
— Рассматриваете ли вы возможность создания отдельного юрлица?
 
— Возможно, мы будем искать какие-то другие форматы организации. Мы осознали проблему, но пока не знаем, как с ней бороться. Еще будем прорабатывать.
 
— Последний вопрос — сейчас Венесуэла волнует всех. Планируете ли вы там достраивать завод по производству автоматов с учетом политической ситуации?
 
— У нас подписан контракт.
 
— Можно сказать, что все планы остаются в силе?
 
— Этот вопрос в сфере ФСВТС, именно они определяют такие вещи. Но мы, как юрлицо, подписали в свое время контракт и, естественно, будем его исполнять.
 
Источник:  ТАСС,  Беседовала:  Лана Самарина

Постоянная ссылка: http://eurasian-defence.ru/node/43468

28.02.2019
  • Внешний источник
  • Предприятия ВПК
  • Военно-политическая
  • Вооружения и военная техника
  • Россия